Бортовой журнал 02-04.09.14

с.Орлиное - Форосский Кант и остальные вершины - ск.Хергиани - г.Ат-Баш - Ай-Петринское плато - Б.Каньон - с.Соколиное

02.09.14

Рюкзак легкий, это радует, зато сумка с камерой и оптикой тяжелее...

Первые пару километров подъема -  "акклиматизация" к нестандартному распределению веса между легким рюкзаком и заметно более тяжелой фотосумкой. По давней привычке темп беговой и ты уже стоишь под куполом неба. 

Вокруг засуха после жарких месяцев лета, трава под ногами высохшая, хрустит как печенье. Уже первые километры по яйле дают знать, что крымская живность в этом году более смелая и многочисленная, то и дело слышен топот в соседних кустах, кабаньи пашни вокруг, олени короткими перебежками через поляны дают на себя посмотреть.

Чувствуются первые перепады температуры на открытых участках вершин и в лесной тени.

Первое место ночевики - ск.Хергиани. Пожалуй, одна из самых приятных мне вершин. Радует это место в любое время года. http://avopross.blogspot.com/2013/12/191213.html. Можно даже назвать ее "видовой" и обладательницей самого неиссякаемого родника в течение всего года. Ночь выдалась удивительно теплой, т.к. ближе к полуночи ночная прохлада вдруг сменилась плотным южным ветром, который позволил мошкаре практически безнаказанно мешать мне спать через расстегнутый спальник.

03.09.14

Утро на вершине... Иногда хочется, чтобы утро не заканчивалось целый день. Легкий завтрак и такая же легкая настройка организма на то, что переход будет долгим и голодным, что уже вошло в привычку, кажется. Только хардкор, только подножный корм!

То, что успел ухватить глазом камеры при переходе на Ай-Петринское плато.

Почти пустыня.

Чьи-то брошенные игрушки в песочнице под Морчекой.

Полдень, Ай-Петри,  петли дороги, сосны, скальные отроги и впадины, сухая трава, белые колпаки воинской части на г.Перепелиная, вылетающие из-под ног перепела, выстрелы охотников вокруг, монотонность ходьбы и жара - это, если вкратце описать, и есть Ай-Петринское плато летом.

Дальше был спуск в Б.Каньон, затяжной, с извилистыми лесными дорожками и постепенно наступающей речной прохладой, хоть и река порядком уменьшилась. Вечером был пар изо рта, потрескивание костра в лесной тишине, чай и крики совы высоко в кронах деревьев.

04.09.14.
Большой Каньон.
Отдельный мир. Учитывая засушливость последних месяцев, дельта одной из рек, вдоль которой нам пришлось идти, полностью пересохла, только лишь в некоторых углублениях осталась вода, пригодная  для выращивания комаров и прочих насекомых. Это позволило нам разнообразить "дорожное покрытие" нашего небольшого путешествия. Отчасти упростить, а отчасти и наоборот.

На пути к Ванне молодости, на последнем участке нашего пути, из-под скал начали бить родники и река вновь наполнилась чистой, холодной и живительной водой.

К сожалению, места стали очень популярными, появились лотки с чаем и пирогами, вывески и схемы, толпы галдящих и гадящих туристов Одним словом, цивилизация заползает все дальше и дальше в горы, и это печально. 

Цвет.

Виноградники. 

Начиная с первой фотографии, на ум приходит совершенно другое место, но стоит добавить цвет, как все становится на свои места, вот только "со своими местами" исчезает и вся необычность снимка.

Изначально целью прогулки по виноградникам были живые, сочные, цветные картинки, которые я видел у себя в голове, но на месте все оказалось иначе. То ли слишком яркое солнце в этот аномально солнечный и теплый февральский день чересчур "пережгло" мои фото, то ли просто обновленные ряды виноградника с новенькими столбами, еще не заваленными в разные стороны, зародило совершенно новый виток фантазии, где-то там в глубине, до которой мало кто добирался...

Велошабаш "Fun Day". Балаклава. 09.02.14

Первая проба себя в фоторепортаже, поэтому прошу судить строго, так, все же, легче понять свои ошибки и пресечь их в будущем. Писать и рассуждать особо не о чем, поэтому от комментариев я лично воздержусь, но совершенно не буду против прочесть мнения сторонних созерцателей снимков.
Итак, лишь немного о структуре:
1. Встреча, показ трассы, обсуждение новостей и веложелезок, осмотр чужих байков.
2. Пробы частей трассы перед полноценным заездом.
3. Волочение железных коней к старту трассы.
4. Спуск.
5. Залечивание ран своих и коней, обмен впечатлениями, распитие горячительных напитков, в общем, окончание велошабаша.

Бортовой журнал. 19.12.13.

19.12.13. Ск. Хергиани, где-то над п. Олива.

Вторая по счету одиночная вылазка в горы. Первый раз когда-то пару лет назад решил попробовать пойти на ночь исключительно ради интереса, проверить и попробовать каково оно - быть в горах одному, почувствовать и услышать себя, свои мысли, незамутненные бытовой суетой. Но это было летом...

На этот раз причин вылазки было две: первая - оказалось не с кем пойти и вторая - та же, как и пару лет назад, но на этот раз зимой.

Странная штука - в то время, пока добираешься к месту стоянки, ощущаешь радость от идеи, ожидание новых впечатлений и в то же время гложут сомнения о необходимости такой затеи - пойти в одиночку. "Зачем?" "А хочу ли я этого, подняться на вершину один и провести там сутки наедине только с собой?" А через несколько секунд приходит ответ: "Конечно! Надо ведь попробовать и не сомневаться даже! Что бы ты делал сегодня, не поехав сюда, будучи уже как-то подсознательно настроенным на это? Слонялся бы из угла в угол и думал чем себя занять." Сомнения отпали после сразу, после того, как миновав теплые, промокшие поляны подножья гор, поднялся выше и услышал хруст снега под ногами.

Крым, как всегда, радует своими контрастами, благодаря которым, сперва подмокшие в мокром лесу, ботинки начинают подмерзать по пути наверх, а яркое солнце Южного берега сменяется порывистым ветром и густой облачностью на вершине. Все это хорошо приправлено подмерзшей коркой на поверхности снега и подмерзающими ботинками вместе с ногами в них. Впрочем, все это мелочи. Ботинки с ногами хорошо сохнут у костра и, порой, даже покрываются румяной корочкой, если не убавить вовремя огонь костра. Огонь, спасительный, горячий, согревающий, радующий и успокаивающий...

Свет закатного Солнца рассеивается в густой облачности на вершине и расползается по вершине, ущельям и расселинам всеми оттенками желтого, оранжевого и красного, создавая контрастные границы с уже наступающей, пока еще синеватой темнотой. Остаются считанные минуты до начала сумерек, голова заставляет замерзшие пальцы брать  фотоаппарат, а еще не высохшие ноги нести себя и успеть снять хоть что-то.

Солнечный свет дает удивительный простор для фантазии, вот так попадая в облака. Создается впечатление уже далеко не о Земле, где мы живем.

Всю ночь ветер шумел в деревьях, трепал мой тряпичный дом-палатку, звенел замками молний на входе в нее, заставляя периодически просыпаться и думать черт знает что. Ближе к утру сила ветра усилилась и, казалось, он вот-вот схватит палатку и унесет ее. В общем-то, выйдя из палатки в 6 утра я чуть было не лишился ее, благо в ней был хоть какой-то вес моих вещей, что не помешало ветру начать ее двигать с места, гнуть дуги и всячески стараться избавиться от нее. Решение было принято моментально: "Срочно надо сворачиваться и убираться отсюда!" Рассвет тонкой красной полосой осветил горизонт, но плотная пелена облаков так и не дала Солнцу показаться. Холодное, серо-синее утро придавало прыти на пути обратно.

Лишь вернувшись домой, отогревшись и высохнув, вспомнив все ощущения, окончательно понял: "Это того стоило."

Письмо.

   "Письмом является - написанный в компактной форме на бумаге или других материалах текст. Также письмо является важной перепиской между двумя и более адресатами. Исключения составляют лишь телеграммы. Человека, разносящего письма, называют - почтальоном. " (c)  Материал из свободной энциклопедии.

   Лист бумаги и мысли, вылитые на него кем-то, вылитые для кого-то, вылитые и принявшие форму. Так просто и так здорово! Но самое главное - неожиданно, интригующе и приятно, особенно если это письмо написано кем-то, кто тебе близок, тем, кто находится в сотнях, а может быть и в тысячах километров от тебя, на другом конце света. Кто-то там далеко взял и подумал о тебе, вспомнил о чем-то, что связывает вас и решил написать тебе письмо. Решил написать, именно написать, написать на бумажном листе, шероховатом и шелестящем, имеющем форму и какую-то физическую сущность, а не настучать клавишами компьютера электронное сообщение, несущее в себе со скоростью света набор единиц и нулей, на экране монитора превратившихся в правильные и одинаковые буквы. Оно написано чьей-то рукой, аккуратно, а может быть и не очень, в спешке, или в спокойствии, но написано ручкой и пастой, пером и чернилами, карандашом или кусочком угля... 

   Кажется, что в это письмо вложена частица того, кто его написал, того, кто выводил все эти буквы, сложенные в слова, слова в предложения, а предложения в мысли, понятные только тебе, уловимые только тобой и почерк, столь знакомый тебе, что заставляет где-то в глубине тебя чему-то шевельнуться и приподнять завесу в памяти, из-под которой начинают проявляться события давно минувших дней. Это нечто большее, чем просто чтение, ведь ты, незаметно для себя, уже общаешься с человеком, написавшим все это тебе, радуешься и улыбаешься, а возможно грустишь и тоскуешь от написанного, а он, что на другом конце света, знает, что ты прочтешь его мысли, про себя ответишь ему, посмеешься и в свою очередь возьмешь лист бумаги.

   Письмо не просто проделает путь, а совершит путешествие прежде чем попасть в твой почтовый ящик. Не одна пара рук дотронется до него, переложит из одного ящика в другой, запакует в мешок, запечатает его и отправит дальше в путь. Возможно, оно даже задержится в чьих-то руках на какое-то мгновение и этот кто-то задумается о тебе, прочитав твое имя, фамилию и город на конверте, представит себе где ты. Оно будет добираться к тебе в вагоне поезда, а может быть в фургоне автомобиля, в каком-нибудь отсеке самолета или вдруг просто на деревянной повозке где-нибудь в глухом ущелье. Но все же, будь то со сверхзвуковой скоростью самолета или неспешной поступью лошади, оно попадет к тебе в руки и что-то внутри тебя немного вздрогнет, ты надорвешь конверт, аккуратно, чтобы не испортить марки, и достанешь из него чьи-то мысли о тебе.